Меньше всего я хочу иметь репутацию ироничного человека. Я вообще равнодушна к наличию или отсутствию чувства юмора, а демонстрировать его почти всегда [при ближайшем рассмотрении] – дурной тон. При этом я выдаю стабильно ироничные полиптихи.
Меньше всего я хочу иметь репутацию ироничного человека. Я вообще равнодушна к наличию или отсутствию чувства юмора, а демонстрировать его почти всегда [при ближайшем рассмотрении] – дурной тон. При этом я выдаю стабильно ироничные полиптихи.
Круглое лицо, вскинутая рука, тающее синее. Шифон. Небо. Мирная жизнь.
Назовёте пять гендерных различий, нашедших своё отражение на лоскутной композиции «Пара на лавочке»? Памятка: гендерные различия – социально-культурные (нефизиологические) отличия между мужчинами и женщинами, определяющие их роли, поведение и восприятие в обществе.
На коллаже – лоскутные композиции «Знамя над Рейхстагом», «Скворечник» и «Цветущий сад». Я собрала из них триптих (ему можно придать форму флага), названный по тому же принципу, что «Дети, кухня, церковь» и «Дерево, дом, сын» (смотрите одноимённые посты), то есть Х, y, z. Угадаете? С какого количества раз?
Раз уж зашла речь о «Жертвоприношении Авраама»…
По традиции меняю третий пункт поста-шаблона (смотрите записи «7 моих нет, как автора», «7 моих нет в действии: „Кусто“», «7 моих нет в действии: „Ведьма (Жанна д’Арк)“», «7 моих нет в действии: „Муму“», «7 моих нет в действии: „Истина в вине“»).
Что общего у лоскутных композиций «Азбука: О (Отец)», «Хождение по водам» и «Благая весть»?
Перейдём от сверхчеловека к богочеловеку.
Ницше – это характерные усы, безумие и бессмертие.
На иллюстрации к посту – лоскутные композиции «Бабочка, вылезающая из куколки» (1), «Гусеница» (2), «Хамелеон» (3). Используем их, чтобы раз и навсегда понять, (i) в чём разница между имитацией и интерпретацией и (ii) почему художник «от Бога» не имитирует, а интерпретирует.
В постах «О красоте» и «Любование vs созерцание» я сказала, что красоту следует искать не в искусстве, а в жизни. Но то, что вы не любуетесь произведениями, не означает того, что вы их созерцаете – вы можете более или менее тупо бесплодно смотреть на них. Всё бы ничего, но со временем количество лицезрения переходит в качество более или менее пассивной агрессии: к созерцающим, искусству, себе.
Думаю, я использую их как эмодзи. «Печать времени».
Где я нашла восьмую? Третья сверху на «Плащанице» спарена (потоки слёз из правого и левого глаз соединяются). Поэтому – посмотрите внимательно – она больше других.
Точнее, форменных головных убора с красной звездой.
На лоскутной композиции «Гармонист» (1) и головной убор, и звезда вышиты. Звезда передана узелком. Это работа в наивном стиле.
На лоскутной композиции «Солдатская каска» (2) ни головной убор, ни звезда не вышиты. Вышито то, что «включает» оптическую иллюзию. Это работа в стиле сюрреализм.
На лоскутной композиции «Замёрзший солдат» (3) головной убор изображён обрезанной зелёной горошиной, а звезда вышита. Это работа в том же стиле, что первая. Кто помнит «Василия Тёркина», «Гармонист» мог бы иллюстрировать главу 8 «Гармонь», «Замёрзший солдат» – главу 21 «Смерть и воин».
Раз уж зашла речь о детях…
Из карт я использую не только дам («Фрида» (1)), но шестёрки («Следы невиданных зверей» (3)), семёрки («Следы невиданных зверей»), валетов («Амфибия (5)), королей («Три девицы под окном» (4)), тузы («Блюдечко» (2)), а также рубашки («Фрида»).
Лично мне заголовок напомнил «Три мушкетёра». И неслучайно.
Я могла бы проследить преемственность, как это было с «Горгоной» (смотрите запись «Немного трукрайма»).
Как будто Авраам-Грант взял в заложники Исаака-Джексона (смотрите запись «Три мужских лица 2») и задаёт нам – ибо смотрит на нас – вопросы, от ответов на которые зависит, останется ли заложник – если не оба два – в живых. И нет, это не богохульство и не кощунство (не с их стороны) – вопросы серьёзные. Например.
И 3 тоже. А именно – Эндрю Джексона (седьмого президента США с двадцатидолларовой купюры) и Улисса Гранта (восемнадцатого президента США с пятидесятидолларовой купюры). Джексон – по горизонтали, Грант – по вертикали.
– Ох, товарищи, родные,
Эту девку я любил…
Ночки чёрные, хмельные
С этой девкой проводил…
Поскольку «Истина в вине» и «Снежная маска» (смотрите запись «Вот такая парочка 2») не задумывались как дуэт, компанию «Истине…» – если бы я не соединила их в сете «СашаОля» (смотрите страницу «Авторские сеты») – могла бы составить и работа «Кармен».
В записи «Вот такая парочка» я рассказала о вставших в пару и отказавшихся продаваться поодиночке работах «Живой» и «Умирающий лебедь». Так же могло быть с «Истиной в вине» и «Снежной маской», если бы я не соединила их в сете «СашаОля» (смотрите страницу «Авторские сеты»).
Мы встречались с тобой на закате.
Ты веслом рассекала залив.
Я любил твоё белое платье,
Утончённость мечты разлюбив.
По традиции меняю третий пункт поста-шаблона (смотрите записи «7 моих нет, как автора», «7 моих нет в действии: „Кусто“», «7 моих нет в действии: „Ведьма (Жанна д’Арк)“», «7 моих нет в действии: „Муму“»).
Классическое ню показывает женщину скорее уязвимой, чем сексуальной (точнее, уязвимость – элемент сексуальности). Глядя на неё, понимаешь: грубость навредит её физическому или психическому здоровью, или и тому, и другому. И это мягко устанавливает здоровый миропорядок.
Белый, синий, красный. Цвета флага России. Чёрный – монашество (старчество).
Экспресс-тест 3 (смотрите записи «Визуал ли вы» и «Визуал ли вы 2»). Похожи ли лоскутные композиции «Лебедь и коршун» и «Смерть Кощея»?
«История искусства – это с одной стороны преемственность, с другой эволюция», – сказала я в посте «Немного трукрайма». Там я рассмотрела лоскутную композицию «Горгона», автоматом подтягивающую произведения о подвигах и приключениях Персея других авторов и встающую в их ряд. Однако не все названия говорящие.
По традиции меняю третий пункт поста-шаблона (смотрите записи «7 моих нет, как автора», «7 моих нет в действии: „Кусто“», «7 моих нет в действии: „Ведьма (Жанна д’Арк)“»).
Из двух видов текстиля – в полоску и белого – «сложился» подвал дома Ипатьева в Екатеринбурге, где в ночь с 16 на 17 июля 1918 года с семьёй и прислугой был расстрелян последний российский император Николай II. Я назвала работу «Комната с историей», стремясь к абстрактности. Её тема – общая «энергетика помещений»; даже стены новостроек были свидетелями чего-то.
История искусства – это с одной стороны преемственность, с другой эволюция. Рассмотрим лоскутную композицию «Горгона».
Три месяца назад я обещала сделать формат разбора работ по 7 моим нет, как автора (смотрите одноимённую запись), регулярным. Держу слово. Взяв за основу пост, посвящённый «Кусто», я переписала один пункт; шесть более общих остались без изменений, но повторить лишним не будет.
Как все мы помним, фразу «А король-то голый!» [в сказке «Новое платье короля» Ганса Христиана Андерсена] сказал не кто иной, как ребёнок. Это метафора. Внутреннего ребёнка (почему я твержу о доступных ребёнку ценностях).
Отвечая за свои слова (смотрите запись «7 моих нет, как автора»), разберу по заявленным пунктам лоскутную композицию «Кусто». Скорее всего, я сделаю такой формат регулярным. Несмотря на то что я разбираю собственные работы, это будет полезно для всякого, кто хочет углубить своё понимание и делать более осмысленный выбор в сфере искусства.
У меня нет любимой лоскутной композиции. Но у меня есть любимая категория лоскутных композиций. Не коррелирующая с бабками ).
Рассмотрим лоскутную композицию «Лепые старушки»: три деревенские женщины на скамье на воздухе. На сегодняшний день это квинтэссенция моей концепции возврата к истокам в кризис. Как когда выгоревший модельер едет в деревню за обновлением.
Повторять за мной (смотрите запись «Совершенство и перфекционизм») не так просто, как может казаться. И дело не только в авторском праве. Техническую возможность скопировать оригинал не следует путать с наличием/доступностью материалов оригинала.
Рассмотрим лоскутную композицию «Подземный переход». Она – главным образом для меня – раскрывает два вопроса. 1. Обязательно ли вышивать (бывают сомнения)? И 2. Какова роль вышивки (формальная, смысловая, определяющая…) – максимум?
Вы наверняка знаете, что есть парадоксальные авторы. Например, Оскар Уайльд. «Единственный способ избавиться от искушения – это поддаться ему» и подобные вызывающие высказывания были его коньком.
«Хендмейд XXI века» – приходит на ум, когда я созерцаю лоскутную композицию «Остров Пасхи». Вспоминаются «Авиньонские девицы» Пикассо, с которых начался кубизм. При всей допотопности в «Острове Пасхи» есть бархатистость травы, глубина неба, суровость камня и аура тайны, соответствующая локации. Ничего недостающего, ничего лишнего.
Дело было так: я искала лицо мальчика для композиций «Ветрянка», «Врунишка», «Драчун» и им подобных. Мне нужен был аналог девочки на «Алёнке»: лицо должно было быть русским, родным, иконическим. Сложный поиск.
Серия «Значки» – это художественное исследование и высказывание на предмет аполитичности искусства.
А ещё условность предоставляет свободу зрителю. Автор позволяет ему видеть, не видеть, додумывать, фантазировать. Не навязывает решение.
В бытовом восприятии деконструкция – это синоним деструкции, то есть отсутствие конструктива. Смысл такого искусства? «Разрушать легко, созидать трудно».
В целом, я думаю, автор, желающий что-то сказать, – плохой автор, но это устойчивое выражение, и время от времени у меня будут записи в таком формате. Хороший автор, на мой взгляд, скорее транслирует, чем говорит: будучи более восприимчивым, чем другие, он передаёт информацию, позволяющую познавать мир – художественно.
Вместо тысячи слов – лоскутная композиция «Мгновение весны». Работа отсылает к Штирлицу в лесу. Скорее всего, из советского фильма, но может быть, из романа «Семнадцать мгновений весны» Юлиана Семёнова; оба произведения защищены авторским правом.
Короны, розовокожая пара в чёрном и белом, свет – лоскутная композиция «Венчание» идеально подходит для диалога об «оскорблении чувств верующих».
А сейчас… немного лингвистики (семиотики)! О чём я?