Можно жить в розовых очках, отрицая это. Можно «быть атеистом», избегая этого. Можно переформиро(вы)ваться, работая над собой (как героиня рассказа «Внутренний мир Марии» (смотрите запись «Настоящее женское искусство 2»)).

Я верю, что это реально.

«В СССР секса нет», – аналогичная фраза советской женщины, поставившая в тупик американцев.

Разница менталитетов? Нет, не слышали!

В чувственном перестанет работать всё, что, развиваясь количественно, а не качественно, дискредитировало и исчерпало себя: готовые решения, дефицитарность, краткосрочная перспектива, мортидность, объективация… (смотрите запись «Ребёнок – президент будущего»). Ребёнок исследует, а не прячется за родителями. Родители – прошлое, дети – будущее.

Проиллюстрирую записанным Р. О. Якобсоном анекдотом о миссионере, который я помню со времён учёбы в инязе. Пастор стыдит аборигенов за хождение голыми. Не видя логики, аборигены указывают на лицо пастора:

– А как же ты сам? Разве ты сам кое-где не голый?

– Да, но это лицо…

– А у нас везде лицо.

Ну, тупой! )

Современное ню показывает женщину скорее сексуальной, чем уязвимой, в результате чего никто не боится ей навредить (более того: неуязвимость асексуальна) и всё летит вверх тормашками. Потому что хрупкость физического и психического здоровья женщины никуда не делась. (Ибо онтологична.)

Вернёмся к работе «Мачо и цветок» (смотрите запись «Искусство и секс»). Если воспринимать цветок как цветок, мы видим довольного собой мужчину в постели с в плачевном состоянии растением (привет, вульгарные материалисты! )). Если воспринимать цветок как женщину, мы видим, что некое взаимодействие по-разному прошло для представителей разного пола – что мачо хорошо, то цветку смерть.

Что бы ни случилось, душа сопереживает слабому.

Воображение будоражат! )

Для меня, как для представителя женской аудитории, его Вронский – лучший. Из иностранных. Потому что идеальный для меня, как для представителя женской аудитории, Вронский (будь то лучший из существующих Вронский В.С. Ланового или Вронский в моём воображении) говорит на моём родном языке.

В коммерческом кино считается, что «секс продаёт», то есть образы в исполнении актёров и актрис должны быть сексуально привлекательными для представителей женской и мужской аудиторий. Получается, я не могу смотреть кино с позиции автора? «Есть место для критики».

Ладно, пусть я ассоциирую себя с Карениной/ наблюдаю Вронского, оставаясь собой. В моей картине мира в основе здоровой женской сексуальности лежит фертильность (смотрите запись «Настоящее женское искусство»). Читая по губам киноперсонажа/актёра один родной язык, как представитель женской аудитории, я чувствую, что с этим киноперсонажем/актёром возможно достичь максимального взаимопонимания и передать гипотетическим общим детям максимально здоровую модель семьи; мне нравится этот киноперсонаж/актёр, и наоборот.

Интересно, как это с точки зрения голливудовщины? Я должна соблазниться киноперсонажем/актёром «на одну ночь»? Или у меня должен быть настолько плохой контакт с собой, чтобы моей реакцией руководила дань моде и я западала на киноперсонажей/актёров, по чьим губам я читаю иностранный (мешающий достичь максимального взаимопонимания, даже если я им владею) язык (я уже молчу о считываемом равнодушии к женщинам/ мизогинии)?

Больше вопросов, чем ответов, как говорится.

Мне, как человеку, как женщине, как художнику, всегда была интересна сексуальность. Мне повезло гармонично пройти этапы полового созревания, что, судя по всему, является большой редкостью. Не ходя в детский сад, я не играла с другими детьми в доктора, вместо интернета у меня была семейная библиотека, меня не воспитывали как принцессу, я не сталкивалась с насилием, у меня хороший контакт со своей мужской стороной.

У меня естественным образом сформировалась сексуальная субъектность. Мой дебют был поздним, потому что я хотела, чтобы всё было «по-моему», и не соглашалась на другое, почти потеряв адекватность, потому что сексуальная субъектность женщины не вписывается в социум. Мне пришлось принять это, но я не считаю это нормой и не вижу за этим будущего.

В записи «Неограниченная актуальность великого» я предложила использовать книгу «Тим Талер, или Проданный смех» для разговора с детьми о растлителях несовершеннолетних. Я подсказала структуру разговора, предполагающую переход от понятия смеха к понятию невинности. Я имела в виду невинность в широком смысле.

Невинность – это не девственность. Точнее, девственность – физиологическая невинность. Невинность может быть на уровне тела и на уровне души/духа, ощущения.

Проходя этапы полового созревания [до достижения половой зрелости], человек может (а) сохранить девственность и сохранить невинность, (б) сохранить девственность, но не сохранить невинность, (в) не сохранить девственность, но сохранить невинность, (г) не сохранить девственность и не сохранить невинность. Описанные варианты соотносимы с либидо, эросом, танатосом и мортидо в сексологии. Либидозный секс не сопряжён с ощущением вины (при том что занимающийся им человек способен вину испытывать); ребёнок-президент (смотрите запись «Ребёнок – президент будущего») не значит асексуал.

Короче. В современной сексологии нет (i) фундаментальных основ: понимания, теории, модели сексуальности, только при наличии и только на базе которых можно вникать в частности, и (ii) экспертов-женщин, отстаивающих идею мужского и женского как равновеликих начал. У здоровой женщины нет никакой «зависти к пенису», как у здорового мужчины нет никакой зависти к вагине.

И пока в сексологии не появится вышеуказанное, предлагаю опять сделать секс таинством, которым он был бóльшую часть истории. Пусть каждый сам ищет и находит ответы на свои вопросы и развивается в своём темпе. Принцип «не навреди» никто не отменял.

В этой связи хочу вернуться к книге «Тим Талер, или Проданный смех» (смотрите запись «Главный софт современности/ всех времён»). Для меня очевидно, но озвучу на всякий случай, что книгу можно использовать для разговора с детьми о растлителях несовершеннолетних.

Структура разговора примерно такая. Что ещё, кроме смеха, может привлечь Трёча? → Невинность: что это? → Смех и невинность: что ценнее? → За сколько можно купить/продать невинность? → Как выглядит жизнь без невинности? → Можно ли вернуть невинность (как Тим вернул смех), и как? Берите на вооружение!

Самое ограничивающее убеждение о культуре – что обязательна привязка к контексту.